Запад получил ответ на вопрос «хотят ли русские войны»
Фото: Владимир Сальдо / Telegram

Ни в одну российскую эпоху, какой бы тяжелой она ни была, никто не хотел умирать. И никогда мы не хотели воевать — в том понимании, какое в ведение боевых действий вкладывают на Западе. Захват чужой земли, смена политического режима, насильственное насаждение собственных ценностей — в противовес существующим. Не менее активная промывка мозгов, ну и особо отличившимся местным — варенье ведрами, а печенье — корзинами. Военные захватнические действия и хищничество ресурсов — не наше. Настолько, как и оголтелый милитаризм — это тоже не наше.

Фраза "Хотят ли русские войны" никогда не произносится с вопросительной интонацией, поскольку ответ всегда и для всех очевиден.

Ровно два года назад в обращении к народу Владимир Путин подчеркнул: "Наши действия — это самозащита от создаваемых нам угроз и от еще большей беды, чем та, что происходит сегодня. Как бы тяжело ни было, прошу понять это и призываю к взаимодействию, чтобы как можно скорее перевернуть эту трагическую страницу".

Иными словами, не мы драку заказали, не мы столкновение навязали, но поскольку нас вынудили, что называется, "на разговор за углом", мы на вызов этот не могли не ответить. Речь шла не только о сохранении России как государства и цивилизации, но и о сбережении жизней тех, кто к нам обратился с просьбой о защите. Потому что им больше просить было некого.

Те самые Минские соглашения и все подписи под документами и протоколами, все обещания — как устные, так и письменные, все лозунги, все абсолютно, вплоть до знаков препинания, оказались юридически (и человечески) ничтожными. Тупым враньем, обманом, введением в заблуждение, короче, столь популярной и широко используемой на Западе "разводкой", которая формулируется как "разделяй и властвуй".

Мы старались не обращать внимания на очевидное двурушничество, продолжая убеждать наших партнеров тогда, а сегодня противников, что нужно сделать все, чтобы избежать решения вопроса военным путем.

Наше знание цены вопроса глубоко и незаживаемо трагично, оно пропитано кровью, и оно пропитано кровью практически каждого и для каждого, кто говорит, думает и пишет по-русски. Это у нас Великая Отечественная перепахала все семьи, абсолютно всех, кто жил в нашей стране. Только освобождая Польшу, которая сегодня с нами, судя по заявлениям политиков третьего сорта, намерена "воевать", мы потеряли без малого 480 тысяч солдат.

США, которые мерятся с нами силой сегодня, за все годы войны потеряли чуть меньше 420 тысяч человек.

Мы точно лучше знаем все про цену жизни каждого человека и то, сколько может стоить свобода. И каждого человека, и всей нации.

И именно поэтому мы — пусть с колоссальным трудом, но четко понимая параметры будущей схватки — нашли те формулировки ответа, что поставили нас, вне зависимости от того, что думают и говорят западнее Бреста, на правильную сторону истории.

Мы точно так же отдавали себе отчет в том, какая будет против нас развернута вакханалия. Не только на ЛБС и не только в рамках СВО. Мы не могли не понимать, что нас попытаются загнать в такие рестрикции, наложив такие адские ограничения, что еще шаг — и все, должна была бы наступить гибель. Это-то и было целью тех, кто образовал тот самый "формат Рамштайн", кто обсудил и принял новый план "Барбаросса", кто поставил выбранному субподрядчику по ведению войны (да, им оказалась Украина) вооружения, технику, кто обучил и обучает солдат ВСУ и кто по-прежнему мечтает взять реванш.

В том числе за поражение во Второй мировой войне, поскольку, если честно, цели за 80 лет у желающих нас уничтожить не изменились. Да и с какой стати меняться целям? Ресурсы же у России самые богатые, и не распределить их к собственной пользе и к собственной прибыли хищники не могут. Таков их главный рефлекс. Таково их целеполагание.

Но есть нюанс.

Синдром "одинокого гиганта", когда веришь (и безоговорочно), что ты самый лучший, самый сильный, самый мощный, самый богатый, сыграл с коллективным Западом злую шутку. Сегодня он боится, как любое хулиганье из подворотни, получившее резкий отпор, признаться, что влез не туда и не с теми мериться крутизной милитаристских мускулов. Но полного прояснения, судя по заявлениям из воюющих с нами столиц, пока не наступило.

Сколь бы ни был промежуточным итог сегодняшнего противостояния, мы можем честно глядеть в глаза. Сделано главное — те, кто просили нас защитить, были защищены. Те, кто пытались нас победить, были посрамлены, в том числе на поле боя.

Те, кто нам грозили наманикюренным пальчиком, сегодня нас опасаются. Что снобам, особенно европейским, чрезвычайно полезно.

Двадцать четвертого февраля 2022 года Россия нанесла мощнейший политический удар там и тогда, кто и когда пытался ее ограничить и аннигилировать всеми способами. Стоит заметить: это был ответный, а не первый удар. В полном соответствии с доктриной защиты Родины.

Россия, то есть все мы, выдержали этот тяжелейший экзамен, который перед нами поставила история. Мы приняли сторону справедливости, добра, чести. А славой сочтемся, когда все цели СВО будут достигнуты.

ria.ru

Добавить комментарий